Прекрасное место для смерти - Страница 57


К оглавлению

57

— Да ничего подобного! — возразила ошеломленная миссис Прайд. — Согласна, мисс Аделина с детства была очень нервной. Она не могла ходить в школу, как все дети, и потому ее обучала дома гувернантка. И отец ее, сэр Реджинальд, то и дело ездил в Швейцарию для поправки здоровья; наверное, она в него пошла.

Барни и Мередит переглянулись. Барни поднял было руку, собираясь постучать себе по лбу, но, боясь выговора, передумал.

— И старый сэр Руперт своеобразный был человек, — задумчиво продолжала миссис Прайд. — Вспыльчивый, как порох! То и дело выходил из себя из-за пустяков! Наверняка угодил бы в неприятности, если бы не был мировым судьей!

— Дорис, что же получается? — вмешался Барни. — Значит, есть один закон для богатых, а другой — для бедных! Бедных можно обзывать чокнутыми, а богатых положено деликатно именовать нервными. Интересно, понимал ли Конвей, с кем связывается, когда женился на Аделине? Сомневаюсь. О таких вещах обычно помалкивают. Дурная кровь, да?

— Нервы, — величественно возразила миссис Прайд, — бывают во всякой семье! Кстати, наша семья — исключение. И хватит. Не желаю больше слушать про них ничего плохого!

Таким образом, сомнительная тема оказалась исчерпана. Зато она помогла Краучу преодолеть задумчивость. Неожиданно он с такой силой хватил кулаком по кофейному столику, что задребезжала крышка на заварочном чайнике в виде домика Анны Хатауэй.

— И я тоже, черт меня побери! Хватит болтать! Я предпочитаю действовать! Я ведь своими глазами видел, как та, первая девочка, Линн — не помню, как фамилия, — выходила из паба с мужчиной! Если бы я снова увидел подлеца, я бы его сразу узнал! В «Серебряных колокольчиках» он теперь вряд ли покажется, но готов поставить последний грош, что он ошивается еще в каком-нибудь пабе поблизости!

— Да ведь пабов здесь множество! — неодобрительно заметила миссис Прайд. — Даже вы, Барни, не сможете обойти их все!

— Еще как смогу! — с достоинством возразил мистер Крауч. — Положу себе один паб на вечер. Посижу в уголке, выпью кружечку-другую и понаблюдаю. И рано или поздно я его снова увижу! — Он с большим трудом встал с дивана. — Прямо сегодня и начну. Кстати, и в горле пересохло…

— Вот вам и предлог, чтобы ходить по пабам! — воскликнула миссис Прайд. — Барни Крауч, вы можете обходить все питейные заведения месяцами, а его так и не увидите! Зато окончательно сопьетесь, помяните мое слово!

— Я не алкоголик, Дорис Прайд! Что плохого в том, что иногда мне хочется пропустить кружечку пивка? Как говорится, стаканчик на ночь…

— Представляю себе! Если вас не останавливать, одним стаканчиком или парой кружечек дело не ограничится! Только не воображайте, что я соглашусь ходить по пабам с вами вместе! — с возмущением закончила она.

— Зато я соглашусь, — сказала Мередит. — Конечно, не каждый вечер. Но я не возражаю против того, чтобы иногда зайти с вами в паб, Барни. Наверное, будет лучше, если мы пойдем вдвоем. Если вы его увидите, вы пойдете за ним, а я позвоню в полицию. Только сегодня я не могу. Сегодня уже поздновато.

— В жизни не слыхала ничего подобного! — воскликнула миссис Прайд, хлопая пузатый чайник по боку. — Мередит, а что же скажет ваш старший инспектор?

— А Алану пока ничего не нужно знать! — беспечно ответила Мередит. — Он так занят своим следствием, что ему сейчас не до меня!

Впрочем, у самой Мередит тоже хватало забот. Она окрасила стены на кухне и покрыла полы лаком. Кухня почти готова; остается достать неуловимый валлийский буфет. Позавтракав в субботу, Мередит вынесла стремянку, банки с краской и кисти в узкую прихожую и окинула ее мрачным взглядом. Вот бы что-нибудь помешало ей сегодня взяться за покраску прихожей!

Апатию усугубляли и грустные воспоминания. Совсем недавно у нее была Кэти Конвей; девочка с готовностью вызвалась помочь и не очень умело, зато весело обляпывала стены краской. Запах краски, стремянка и тряпки напоминали ей о бедной Кэти так живо, что Мередит как будто видела ее воочию: маленькая фигурка в мешковатом свитере, с желтыми пятнами краски на носу и на лбу…

Раздался звонок. За застекленной панелью маячила чья-то высокая фигура.

— Здравствуйте, Мередит! — сказал отец Холланд, когда она открыла дверь. — Я не вовремя?

— Нет-нет, входите! — Неожиданно для себя Мередит почувствовала облегчение. По крайней мере, будет кому излить душу!

— Да, бедная Кэти… — вздохнул священник. — Кстати, Мередит, дело, по которому я к вам пришел, отчасти связано с ней. Я хочу попросить вас о помощи.

Мередит пригласила гостя в крошечную гостиную. Отец Холланд с трудом устроился на диванчике и сложил руки на коленях.

— Какой ужасный удар! Наши молодые прихожане очень подавлены. Их родители напуганы и боятся отпускать детей куда-либо по вечерам. Похоже, в наших краях объявился маньяк! Если, конечно, девочек убил один и тот же человек…

— Представляю, как плохо сейчас Джошу.

Мередит вспомнила серьезного паренька, друга Кэти.

— Да, ему сейчас очень плохо. И особенно после того, как стало известно, что… на вскрытии выявилась… одна непонятная подробность. Ее родные до сих пор не верят, да и я, честно говоря, удивлен. Иными словами, она не была… как это называется… девственницей, virgo intacta. Естественно, родные хотят знать, кто ее соблазнил…

— Они думают, что ее любовником был Джош? Что ж, они оба очень молоды. Возможно, они и наделали глупостей, но ведь это еще не конец света! — возмутилась Мередит.

Отец Холланд вздохнул.

57